/ 19 февраля

Спецоперация «Семья»

Новости о реализации государственной политики в области детства и семьи все больше напоминают новости из зоны контртеррористической операции: спецоперации, жалобы потерпевших, ответы командования в духе «сами виноваты», критика правозащитников. Я серьезно. Вот в Новгороде, например, стартовала «межведомственная комплексная операция «Семья», целью которой является профилактика социального сиротства, безнадзорности, беспризорности и семейного неблагополучия». А в городе Колпино (это под Питером) сотрудники органов опеки отняли у матери-одиночки четверых детей — тринадцати, девяти, пяти и двух лет. Мать детей, Вера Камкина, обратилась за помощью к правозащитникам, в «Комитет за гражданские права». Думается, что история не стала бы так широко известна, если бы в какой-то момент не появилась информация о том, что детей у матери отобрали и обещали вернуть, если та «погасит долги по квартплате, достигшие 140 тыс. рублей». Впоследствии петербургский уполномоченный по правам ребенка Светлана Агапитова дезавуировала эту информацию, объяснив «Эху Петербурга», за что на самом деле забрали детей: «Дело в том, что эта семья была под контролем, под наблюдением уже достаточно длительное время, и, конечно, там в комнате, где проживают четверо детей и сама Вера Александровна, антисанитарные условия. Велись переговоры с ней о том, чтобы она элементарный порядок навела в комнате, но эти разговоры не возымели пока своего действия. Более того, детям предлагались и путевки в лагеря и устройство в детский сад, но у детей был обнаружен педикулез, и медицинская комиссия не была пройдена».

«Антисанитарные условия», по мнению органов опеки, можно ликвидировать путем наведения «элементарного порядка». Беспорядок — более чем расплывчатое понятие. Особенно если принять во внимание, что речь идет о комнате в коммунальной квартире, где проживают четверо детей, а мать, судя по тому, что она недавно потеряла собственную мать и мужа, находится в состоянии депрессии. Особенно, если допустить, что представление о порядке в квартире у всех бывают разные. В квартире моей приятельницы, тоже, кстати, матери четверых детей, все постоянно перевернуто вверх дном, а кроме того, живут две собаки, кошка, морские свинки, рыбки и канарейки. Ни детей, ни хозяйку дома беспорядок в квартире ни капли не смущает, а когда я однажды сдуру попыталась там убраться, то получила строгую отповедь: «Во-первых, навязывать свое представление о чистоте невежливо, а во-вторых, бардак — это такой вариант порядка: я точно знаю, что если я переверну вот тут кучу бумаг на полке, то обязательно найду в этом месте нужную мне книгу». Я вот все думаю, не дай бог, чтобы эту прекрасную семью навестили органы опеки со своими представлениями о порядке.

Органы опеки ставят в вину Камкиной бедность. Мать не больна ни алкоголизмом, ни наркоманией, не истязает детей, она не может «достойно», по представлениям опеки, содержать детей. Причем, как и в случае с Натальей Зарубиной, социальные органы видят свою роль в помощи опекаемой семье в том, чтобы требовать выполнения поставленных ими нормативов «нормального родительства». То есть человеку и так плохо, а они его своими нормативами — по голове от всей души. И все во имя счастья ребенка. В деле «Валлова и Валл против Чешской Республики» Европейский суд по правам человека отметил, что такой подход к семье недопустим, а органы социального обеспечения, прежде чем требовать, должны сами помогать.

Органы опеки города Колпино «помогли» Вере Камкиной радикальным способом борьбы с бедностью — предоставили ей возможности работать, лишив ее детей. При том, что помещение в приют вовсе не гарантирует ребенку здоровья. Например, в печально известном «деле Лапиных» (удочеренную девочку изъяли из семьи на основании обнаруженных у нее двух синяков и царапины на шее) девочка, находясь в приюте, была инфицирована туберкулезом.

Пикантность картине добавляет еще одна деталь: на фоне такого отношения к бедным в прямом смысле этого слова родителям законодатели говорят о том, что хотели бы регулировать аборты. Выступая на Рождественских чтениях, председатель думского Комитета по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина сообщила, что комитет в качестве мер борьбы с демографическим кризисом, в частности, предложил «сократить период, когда возможен аборт по желанию, до 8 недель или вообще запретить [аборт] за исключением случаев угрозы жизни матери, запретить стерилизацию, сократить список социальных показаний к искусственному прерыванию беременности».

Под эти меры, в первую очередь, попадут как раз бедные, в отношении которых государство с еще большим чувством будет проводить спецоперации, отбирать детей (или находить их в мусорных контейнерах, потому что бебибоксов государство строить тоже не хочет). И так без конца. Сколько детских судеб должно быть исковеркано, сколько семей разрушено, чтобы прекратилась эта бессмысленная война?