/ 22 января

Конец сказок

У каждого родителя наступает момент, когда он бывает бесконечно благодарен техническому прогрессу за изобретение дистанционного пульта управления телевизором. Обычно это происходит утром «после вчерашнего», сдачи отчета, долгого перелета или чего-нибудь в этом роде: утром дитя весело и энергично как ни в чем не бывало, а единственное, на что хватает сил у родителя — дотянуться до заветного приборчика и нажать одну-единственную кнопку. DVD не подходит: это надо вставать, идти ставить диск и стараться не проснуться после того, как наступил на кубик Лего — слишком много условий. В Чехии нашу семью спасает утреннее детское вещание, которое есть почти на всех каналах. Оно включает и театральные постановки, и ток-шоу, и демонстрации фильмов и мультиков (утреннее детское вещание в будние начинается часов в восемь утра и заканчивается около десяти, а в выходные — с самого раннего времени и до одиннадцати). Этот же прием я хотела применить, когда на следующий день после прилета в Москву пыталась хоть на пятнадцать минуточек продлить блаженный утренний сон и уговорить сына «посмотреть сказочку». Не просыпаясь, ткнула кнопку «Первого канала» — детских программ в это время нет, «России» — так же картина, потом я начала переключать каналы и вдруг обнаружила (да, только недавно обнаружила, потому что маленький ребенок у меня тоже недавно), что детские программы куда-то делись. Я проснулась, залезла в интернет и начала выяснять, куда.

В 2006 году Дума приняла закон, ограничивающий рекламу в детских передачах. Согласно закону, рекламу в детских программах стало возможно размещать только в начале и в конце передачи (если программа длится 25 минут, то длительность рекламных блоков не должна превышать полторы минуты, если 40 — по 2,5 минуты, и если больше — 3 минуты). И никаких рекламных блоков в середине программ.

Одним из лоббистов закона о сокращении рекламы в детских передачах стала Конфедерация обществ защиты прав потребителей. «Дети — будущее общества — могут стать, по сути, беззащитным объектом агрессии компаний — производителей сомнительной продукции», — слова председателя правления КонфОП Дмитрия Янина вполне точно описывают пафос той компании. Разумеется, законодатели ссылались на западный опыт. Хотя пресловутый «западный опыт» крайне разнообразен и не содержит единого рецепта обращения с рекламой в детских передачах. В одних странах вводятся стандарты для рекламного контента, в других ограничивается хронометраж, в третьих развиваются процедуры гражданского контроля над рекламными роликами и производителями рекламы, в четвертых этот контроль — государственный. Во многом конкретный способ решения «проблемы рекламы» в детских передачах зависит от концепции, которая легла в основу закона. На одном полюсе находится идея, что «дети беззащитны перед информацией», на другом — представление о необходимости свободы доступа к информации независимо от возраста.

Уже через три года после принятия закона стало окончательно понятно, что идея ограничения хронометража рекламы в детских передачах себя не оправдала: производство детских передач на телеканалах просто схлопнулось. За редким исключением вроде «Смешариков», дубляжа импортных мультфильмов и викторин на телевидении для детей практически ничего не производится. Попытки «Первого канала» и канала «Россия» сделать вид, будто некое производство детских программ существует, на мой взгляд, не более чем стремление отчитаться: условия лицензирования каналов предполагают, что доля детских программ на них должна составлять 10–15%, однако в реальности она не дотягивает и до 7%, на что в свое время обращали внимание депутаты. «Теленяня» — детский канал «Первого» — доступен только через кабель или спутник, что сужает его аудиторию до незначительных величин, а проект «России» «Бибигон» также невозможно назвать детским телеканалом, так как у него нет даже собственной частоты вещания. Из детских редакций разбежались нормальные продюсеры, сценаристы, режиссеры — все они теперь зарабатывают деньги на других проектах. Делать качественные передачи не выгодно, а теперь уже и некому. И известная телеведущая Татьяна Лазарева как мать и как женщина уже обращается в высокие инстанции с просьбой поддержать ну хоть какое-никакое детское телевидение, хоть как-нибудь.

История с производством детских телепрограмм — еще одна в ряду довольно большого числа историй о том, как легко люди (в первую очередь законодатели) ведутся на алармистские настроения и призывы защитить детей от чего-нибудь (рекламы, педофилов, родителей, дурного влияния улицы — нужное подчеркнуть). Это история о том, как никому не приходит в голову хотя бы приблизительно подсчитать последствия мер, которые предпринимаются в защиту детей, — сколько стоят эти меры и готовы ли мы, например, заплатить за отсутствие рекламы игрушек во время детских передач умиранием детского телевизионного театра как такового. И мне очень грустно, что сын в ближайшее время не увидит телеспектаклей и программ на русском языке.