Вадим Новиков / 3 февраля

Бюрократический картель

Технические накладки, которые сопровождают создание с 1 января сего года зоны свободной торговли между Беларусью, Казахстаном и Россией, уже стали поводом для многочисленных нареканий со стороны бизнеса. Однако накладки — явление временное. Они исчезнут, а выгоды для бизнеса и потребителей от снижения препятствий в торговле между странами останутся. Более долгосрочное значение имеет другое — правительства трех стран решили превратить новосозданную зону свободной торговли в «единое экономическое пространство» (ЕЭП), где будут действовать «однотипные механизмы регулирования экономики». Чтобы достичь необходимой «однотипности», правительства примут международные соглашения, которыми обяжут друг друга придерживаться определенных подходов к регулированию. Составленный в декабре прошлого года перечень таких соглашений охватывает множество сфер регулирования — от макроэкономики и валютного контроля до инвестиционной политики и иммиграции. Если бы соглашения о проведении «однотипной» политики подписали нефтяные компании, мы без сомнения услышали бы призывы «принять жесткие антимонопольные меры» против образующегося «картеля». Однако картель государств, которые решили снизить уровень конкуренции друг с другом в области регулирования, споров не вызвал. Между тем, это едва ли хорошая новость для граждан трех этих стран. Картель уменьшает возможность «проголосовать ногами» против административных барьеров и плохих законов: на территории ЕЭП законы будут однотипными, а сама «территория однотипности» может дополнительно вырасти за счет Киргизии и Украины.

Хуже того, в ходе создания «однотипных механизмов регулирования» многие административные барьеры из законодательства трех стран перейдут в международные договоры и тем самым станут еще более серьезной проблемой. Сложно отменить неудачный закон, но отменить международное соглашение еще сложнее. Поэтому подобные соглашения небезобидны даже тогда, когда ничего не меняют в существующем регулировании по существу: с ними это регулирование приобретает дополнительную прочность.

Все это ставит новую задачу — защиту конкуренции стран ЕЭП в области регулирования — и заставляет искать способы ее решения. Один из способов подсказывает решение Европейского суда юстиции от 1999 по делу Centros. В 1992 году семейная пара из Дании зарегистрировала в Великобритании фирму Centros — зарегистрировала без уставного капитала, так как британское закнодательсво не предусматривает в этом отношении и минимальных требований. После чего эта пара попыталась зарегистрировать в Дании подразделение британского Centros, но получила отказ: соответствующее ведомство сочло, что предприниматели попросту хотели обойти требования национального законодательства об уставном капитале (на тот момент — минимум 200 тысяч датских крон). Владельцы Centros обратились в Европейский суд и нашли там поддержку. По мнению суда, «не важно, что компания была основана в одном государстве — члене [ЕС] только для целей создания компании во втором, где будет проводиться его основная или даже вся деятельность». Это решение показывает реальную альтернативу унификации и гармонизации законов, ограничивающим регулятивную конкуренцию. Подобно тому, как конкуренция в торговле подразумевает, что вы можете выбрать в супермаркете наилучший товар, можно создать систему, где вы выбираете наиболее симпатичные для вас законы из продукции парламентов трех стран ЕЭП: закон, на основе которого вы создадите предприятие; закон, который устанавливает технические требования к производимому вами товару; и закон, который наименее обременительно регламентирует, кому и по каким ценам этот товар можно продавать. Единое экономическое пространство в виде «законодательного супермаркета» было бы намного более дружественно гражданам, чем картель бюрократов и законодателей трех стран. Вопрос в том, не перестало бы в этом случае ЕЭП служить своему единственному предназначению.